– Хорошо же они вас разделали, – покачал он головой.
– Они меня и пальцем не тронули, – ответила Зараэль, успокаиваясь.
– Оно и видно, – усмехнулся маг. – У вас кровь на лице и руках, идемте, я вас перевяжу.
Он повернулся, и, освещая дорогу, пошел по узкому коридору. Зараэль, вдруг почувствовав себя страшно усталой, побрела следом.
– Что, корова все-таки сдохла? Или это была свинья? – насмешливо спросил идущий впереди мужчина. Зараэль удивилась.
– Какая корова?
– Которую вы лечили.
– Я?
Маг остановился и обернулся.
– Разве вас побили не за то, что у кого-то из этих болванов вдруг заболела скотина, а вы не смогли её вылечить?
– Нет. Хотя пара вонючих свиней, действительно, сдохла.
Маг на секунду задумался, разглядывая девушку. Потом прищурился.
– Где ваш медальон?
– Какой?
– Вот такой, – светловолосый постучал по серебряному кружочку на груди.
– У меня такого нет. И никогда не было.
– Нет? – маг, казалось, был в замешательстве. – Но вы просили о помощи именем Серого братства.
– И магистра Энвингола, – добавила Зараэль. – Гилэстэла Илфириона Хэлкериса, Серого магистра центрального круга.
Огонек в фонаре вспыхнул так ярко, как только мог, заливая светом ровные каменные стены.
– Кто вы?
Зараэль вздохнула.
– Я его дочь.
Глава 5
Жарко полыхал очаг. Зараэль, устроившись у огня в глубоком кресле, потягивала теплое красное вино. Её ноги были укутаны мягким пледом, на плечи наброшена шерстяная накидка. Маг, назвавшийся Витадом Бринеротом, сидел напротив неё в таком же кресле. На коленях у него мурлыкала большая серая кошка, еще одна дремала на спинке кресла, свесив пушистый рыжий хвост на плечо мага. Лицо Витада было растерянным и озадаченным.
– Я уже забыла, как это – просто сидеть у огня, – Зараэль сделала последний глоток и вздохнула.
– Еще? – Витад, стараясь не потревожить кошку на коленях, взял графин, стоящий на резном столике.
– Да, благодарю.
Зараэль протянула бокал, и маг наполнил его вином. Помолчали еще немного. Зараэль молчала, потому что сказала уже всё, Бринерот – потому что не знал, с чего начать говорить.
– Вы мне не верите, – констатировала Зараэль, наблюдая за лицом Витада.
– Нет, ну…. Хотя да. Признаться, всё это звучит весьма неправдоподобно. Чтобы они… чтобы сам магистр…
– Тем не менее, это правда. Я могу доказать свои слова. Магистр… он в Олломаре.
Витад почесал кошку за ухом, взглянул на Зараэль.
– Честно говоря, у вас весьма малое сходство с магистром.
– Во мне течет килитская кровь, – ответила Зараэль. Витад кивнул, принимая ответ.
– Чего вы хотите?
– Я хочу восстановить справедливость, – пляска огня в камине отражалась в глазах южанки, словно в них полыхал свой огонь. – Я прошу вас о помощи. Мне пришлось пережить унижение, боль, страх. Я хочу, чтобы те, кто повинен в смерти магистра и остальных, испытали то же, что и я. А потом исчезли.
– То есть, вы хотите, чтобы мы помогли вам отомстить, – кивнул Витад. Кошка открыла глаза и посмотрела на Зараэль.
– Мы?
– Я ведь не один здесь, госпожа Зараэль. Этот дом – официальная резиденция Серого братства в Мескине. Нас здесь четверо. Я, разумеется, не имею в виду знахарок и ведунов, что оказывают услуги горожанам в их мелких хозяйственных делах. Я говорю о чародеях первого и второго круга, о тех, кто обладает определенным влиянием и властью в Мескине. И если вы просите помощи у меня, то просите и у них. То, что вы мне рассказали, слишком серьезная и невероятная вещь, чтобы поверить в неё безоговорочно. Нужно время.
– Хорошо, пусть так. Могу я поговорить с вашими друзьями?
– Их сейчас нет здесь. Они помогают наместнику формировать военные отряды в других частях провинции, для их последующей отправки на юг. Я предлагаю вам своё гостеприимство до их возвращения, госпожа Зараэль. Здесь вы будете в безопасности, и сможете как следует отдохнуть.
– Как долго?
– Мескинская провинция велика. Думаю, еще недели три.
– Время уходит, господин Витад.
– Сожалею, госпожа, но это пока всё, что я могу сделать для вас.
Бринерот ответил на настойчивый взгляд южанки своим – открытым и спокойным. Зараэль опустила глаза, тая растущее раздражение.
– К тому же, принимая во внимание то, что от вашей руки погиб литтад Юзвег, ваша безопасность – нелегкое дело, – маг покусал губы. – Уверен, что утром появятся люди от наместника и потребуют отдать им вас.
– И что? – Зараэль беспокойно заерзала в кресле.
– Ничего. Я же сказал – здесь вы в абсолютной безопасности.
– Благодарю, – тихо ответила южанка. Потом посмотрела на кошку, лежавшую на коленях у Витада. – Любите кошек?
– Обожаю, – впервые за время их разговора улыбнулся тот. – У нас это взаимно. Удивительные создания. Намного более совершенные, чем люди.
Кошка потянулась, зевнула, и Зараэль показалось, что она улыбается словам хозяина.
– Такое впечатление, что она понимает вас, – усмехнулась южанка.
– Так и есть, – Витад провел по кошачьей спинке ладонью, осторожно переложил зверя с колен в кресло, и поднялся. – Идемте, леди Зараэль, я покажу вам вашу комнату.
***
Шарик мчался по кругу. Из рассеивающейся пелены выплыли очертания комнаты, щедро освещенной свечами.
– Привет, Витад, – Бринероту улыбнулся широкоплечий кареглазый красавец с едва тронутыми сединой волосами, вольготно расположившийся на широкой софе. Приподняв бокал, он подмигнул. – Будешь? Местное. Не сайельское, конечно, но недурно. Хотя, нет – не дотянешься. Что там у тебя?
– Всё шутишь, Аварди?
– Шучу. Настроение располагает, – поднося бокал к губам и отпивая, подтвердил Аварди Ласар – полный маг первого круга и первый представитель Серого братства в Мескине.
– Магистр Энвингол мертв.
– Что?! – Аварди поперхнулся, закашлялся, пятная белизну рубашки брызгами вина, и выронил бокал. – Я тебя убью, Бринерот!! Язык вырву за такие слова!!
– Лорд Астид, лорд Иннегард и лорд Улле тоже погибли, – добавил Витад, не обратив внимания на угрозы.
– Ты что, бредишь? Снова «ласковой пыли» перебрал?
– Я чист, как небо над Мескиной. Есть свидетель.
– Свидетель? Чего свидетель? Кто?
– Свидетель их гибели. Дочь магистра.
– Абсурд!
– Правда. У неё кольцо магистра. Она говорила вещи, которые могут быть известны лишь очень близким к нему людям. Сказала, что доказательства – в замке Олломар. Что виновник – лорд Эркель и какая-то женщина, якобы могущественная магичка.
– Полная чушь! – Аварди мял мочку уха, вглядываясь в серьезное лицо собеседника. Потом уступил. – Ладно, я проверю. И если это дурная шутка – я тебя убью.
– Есть еще кое-что, Аварди. Эту девушку ищут. Мы тоже получали приказ и её описание.
Аварди впился глазами в Витада.
– Темнокожая с сиреневыми волосами?
Бринерот кивнул. Аварди потеребил себя за подбородок, покусал ноготь, обдумывая услышанное.
– Девчонка где?
– Здесь, со мной. Она просит помочь ей.
– Посмотрим. Береги её, как собственную жизнь. Никуда не отпускай до моего возвращения. Никому о ней не говори. Я свяжусь с тобой, как только всё выясню.
***
Зараэль разбудили крики и грохот, доносящиеся с улицы. Южанка испуганно соскочила с кровати, подбежала к окну и, отогнув тонкие бумажные ставни, осторожно выглянула на улицу. Её комната располагалась в конце коридора на втором этаже, и из окна была видна лишь часть улицы перед парадным крыльцом. Оттуда доносились крики людей и колотьба в дверь. Зараэль замерла и прислушалась.
– А ну, открывай двери!
– Отворяй давай!
Зараэль отпрянула от окна. Ей послышались легкие шаги в коридоре, и она, подобравшись к двери, резко её распахнула. Никого не было. Лишь на пороге сидела кошка, обернув хвостом лапки, и глядя на южанку.
– Чего тебе? – Зараэль посмотрела на зверя.
Кошка встала, по-хозяйски вступила в комнату, прыгнула на кровать, свернулась калачиком и закрыла глаза. Зараэль завернулась в покрывало, вышла в коридор и увидела Бринерота. Набрасывая на ходу серый балахон, он быстрым шагом поднимался по лестнице с первого этажа.
– Доброе утро, – кивнул он девушке. – Хотя, не такое уж оно и доброе. Не подходите к окнам.
– Что это? – Зараэль догнала его и пошла рядом.
– То, что я и говорил. Люди наместника.
– Что мне делать?
– Не попадаться им на глаза. Стойте здесь.
Маг вышел на балкон, а Зараэль остановилась у входа. Прислонившись спиной к стене и скрестив руки, она с беспокойством косилась в спину Витада и вслушивалась в гвалт снаружи.
– Что за шум?
Зараэль удивленно приподняла бровь. Голос Бринерота зазвучал совсем не так, как раньше. Он стал жесток и неприветлив, в нем послышались нотки презрения и превосходства. Крики смолкли. Люди отступили на несколько шагов. Они неуверенно переглядывались меж собой, на мага на балконе косились исподлобья, но начать никто из них не решался.
